KURGAN.RU - Информационный портал
16+
Поиск
ОБЪЯВЛЕНИЯ Мобильные новости
Карта

Интервью с Сергеем Лисовским

Интервью с Сергеем Лисовским сенатором от Курганской областной Думы

Сергей Лисовский: «Когда я возвращаюсь из Кургана в Москву, на меня пол-правительства в обиде и не разговаривают»
В минувший понедельник Курган посетил сенатор от Курганской областной Думы — заместитель председателя Комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и рыбохозяйственному комплексу Сергей Лисовский. Как обычно, сенатор встретился с журналистами в телекомпании «Регион-45».
Лисовский приехал с радостной вестью — проект Федерального закона «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации», составленный рабочей группой Госдумы и Совета Федерации, наконец попал на рассмотрение в правительство. 
— Сергей Федорович, что не так с сегодняшней системой купли-продажи? 
— В 2005 — 2008 годах Федеральная антимонопольная служба провела исследование. Выяснилось, что давление сетей на производителей стимулирует рост цен. Дополнительная наценка прячется «в услугах» магазина. Сеть говорит поставщику: «У нас наценка 25 %. Мы за 100 рублей берем у вас колбасу. Выставляем за 125 рублей на прилавок». На самом деле из этих 100 рублей еще 30 % сеть «отъедает» за счет разных услуг. Выходит, что она получила товар за 70 рублей, а поставила за 125. Таким образом, ее доход составил 55 рублей — а это уже больше 80 % наценки на реальную стоимость продукта.
Ситуация усугубляется тем, что сети практически узурпируют покупателей и давят средний и мелкий бизнес. Сейчас в Санкт-Петербурге они заняли 80 % всех магазинов, в Москве — 60 %. В Европе, если человек приходит во второй магазин и видит те же условия покупки, что и в первом, это расценивается как «попадание в экономическую зависимость», которая является преступлением против потребителя. 
— Можно ли бороться с сетями вводом предельной надбавки торговой наценки?
— Да, можно. Например, в Японии на продажу национального продукта — рыбы таким пределом является 8 % от реальной стоимости, на рисовую крупу — 7 %. Не хочешь — не торгуй. Это, конечно, не является в полной степени рыночным механизмом контроля, однако никто не обвиняет Японию в «нерыночности». И они прекрасно живут. Этими мерами выводится дополнительная наценка из окончательной стоимости.
— Что, если на ценниках указывать две цены товара?
— Мы обговаривали этот вопрос с представителями сетей. Два ценника: цена поставки — цена реализации. Показывай народу, за сколько реально приобрел, и дальше — как хочешь. Тогда сразу выявятся и 25 % наценки, и те дополнительные 30 %. Ясно, что поставщики готовы к такому шагу. Наша редакция Закона «О торговле» как раз и предусматривает такой «показ» — но пока не народу в магазинах, а налоговым и иным органам. И если те сочтут правильным, а не грабительским такой расклад — ну, значит, так надо. 
— И никаких коммерческих тайн?
— Здесь секретов нет. Все поставщики обмениваются этой информацией. К тому же действует правило, что ты не можешь продавать одной сети дороже, чем другой. Но тут проблема в самих сетях — у них шок вызывают такие предложения. Хотя крупный — и в основном иностранный бизнес — не против. Например, «Ашан» (французская продовольственная сеть, представленная в российских городах-миллионерах. — Авт.). Такие сети созданы на деньги различных фондов. В их кредитных соглашениях отдельным пунктом прописан дополнительный риск — «отсутствие закона». Когда все регламентировано, появляется безопасность. Пожалуйста, зарабатывай, улучшай качество. А вот российские торговцы возмущаются... У их бизнес построен не на качестве продуктов и сервиса, а на «дешевле купил — дороже продал». Судьбы России их мало трогают.
— Как отнеслись к новой инициативе президент и премьер-министр?
— Медведев и Путин уже поддержали этот закон. С Путиным обсуждали этот проект в Белграде две недели назад, и он дал указание согласовать проект с депутатами. Если пройдет, то у россиян в кошельках будет оставаться 10 % от их зарплат и пенсий. Сети блокировали появление этого закона долго. Они не шли ни на какие уступки и своим поведением просто довели президента и премьера. Да и нас — чем больше они упирались, тем мы глубже изучали проблему. За это время подробно изучили западные законы. Мы уже настолько погрузились в механизмы этих процессов, что стало ясно — если не примем правовое регулирование, то будет только хуже. Сейчас продавцы опомнились, но уже поздно. Мы месяцами искали общий язык с ними. Так что можно считать наш проект закона уже победой.
— Что учитывали из международной практики при составлении Закона «О торговле»?
— Мы выделили для себя три «столба». Первое — это запрет на вынуждение поставщика на покупку дополнительных услуг у сетей за реализацию товара: «Не возьмем, если ты не купишь наши дополнительные услуги». Речь идет о месте товара на полке, об аренде околокассового пространства и т. д. Не должно быть, чтобы последние оказывали давление на договор. А сейчас это происходит. Второе. Известно, что сети перекладывают производственные расходы на производителя, например, воровство в магазинах. За это расплачиваются поставщики, хотя сами супермаркеты часто признают, что пропажа товара — дело рук их собственных сотрудников, т. е. они сами не умеют себя дисциплинировать. Такие случаи должны быть расходами только торговых сетей. Третий момент — антимонопольное законодательство. Здесь все строится на определении степени доминирования. Например, в Англии, если сеть находится в радиусе 10 минут езды на машине, то она имеет право на больший процент прибыли в розничной торговле. У нас сеть пытается захватить целый город в субъекте Федерации (но это смешно — в субъекте Федерации!). Там она становится полным монополистом. Человек же не поедет в другой город за продуктами. По сути, у нас уничтожается антимонопольное регулирование. Сейчас ввели то, что оно высчитывается из округов (муниципальных, городских и т. д.). Плюс мы даем муниципалитету полномочия определять регионы доминирования сетей более узко. Например, они могут посчитать за округ спальный район. 
— Какие еще коррективы сможет вносить власть на местах?
— Она получит возможность самой устанавливать время работы сетевых магазинов. На Западе ограничивают часы торговли сетей (закрыты половину субботы и в воскресенье), и только средний и мелкий бизнес имеет право на круглосуточную торговлю. Таким образом, сохраняется многоукладность, конкурентность бизнеса. 
— Зачем нужна опора на Запад? 
— Во-первых, это соответствует выбранному курсу развития страны. Во-вторых, оппонентам нашего проекта трудно будет поспорить с мировой опытом.
— Вы всегда говорите «мы». Кого имеете в виду и кто ваши противники?
— Мы — это группа сенаторов-единомышленников, мы себя называем «ревизионистами». Противодействие нашим идеям сильное. Главный оппонент — это Минпромторг. Мы вообще не понимаем друг друга. Например, в основе закона лежит международное определение торговой сети. Я считаю, это главное. А Минпромторг понимает сеть как определенное количество магазинов, которыми владеет одно и то же лицо. С таким подходом некоторые крупнейшие российские сети не являются сетями, например, такие как «Х5» (общероссийская постоянно расширяющаяся мультиформатная торговая паутина. — Авт.). Мы у них спрашиваем, чем считать такие объекты, когда годовой отчет у них все же один?.. Только над одним этим определением бились пять дней. В Госдуме нам еще предстоит битва.
— Что делается для преодоления проблем в российской экономике?
— Здесь речь идет о реальной ситуации. А значит, либо ты ищешь пути выхода из нее, либо просто выживаешь. Последнее всегда ведет к поражению. Наше правительство занимается выживанием. 
Пример. Группа Совета Федерации села обсуждать бюджет на 2010 — 2012 годы. Там 200 страниц текста. На первой же странице — ошибки. Там рост ВВП — это десятые доли: в 2010 году ВВП составляет 39 триллионов рублей, в 2011-м — 42 триллиона рублей, в 2012-й — 45 триллионов рублей. При этом инфляция падает: 2010-й — 14 %, 2011-й — 10 %, а в 2012-м — вообще 5,7 %.... 
Непонятно, как эти два показателя там согласуются. При хорошей экономике, когда инфляция падает, должен быть заметный рост ВВП. А у нас, по сути, ВВП не растет, а снижается. Это сигнал к тому, что экономика ухудшается. Как можно при этих параметрах верстать бюджет?
— Как наша экономика встретила кризис?
— Последние годы показали, как мы боремся с инфляцией. Денежная масса у нас сократилась на 25 %, а во всем мире она увеличивается перед кризисом. Вот американцы, печатают свои доллары и справляются. Российским противоречием является рост инфляции при снижении денежной массы. И это будет продолжаться. Только в апреле наблюдался 17 %-ный спад в экономике.
— Думаете, будет падение спроса на продовольствие?
— Он уже есть. Российские производители мяса говорят, что у них спрос упал на 15 — 20 %. Мы и так ели мяса меньше, чем в Советском Союзе, — в расчете на душу населения. Понятно, что в нынешней ситуации покупатели начинают экономить. Например, приобретать недорогие продукты. Но если ты покупаешь очень дешевую колбасу, ты должен понимать, что это уже не мясо.
— Какие меры для преодоления экономического спада предлагаете вы?
— Во-первых, «опустить» инфляцию. Во-вторых, увеличить денежную массу. Далее — поддержать развитие экспорта. Необходимо компенсировать инфляционные издержки слабообеспеченным отраслям. Снизить налоговое бремя. Заморозить тарифы госмонополии. Запретить вывоз капитала. На какой-то срок. В Германии такой запрет длился с 1945-го по 1986 год. И никто не считал, что они поднимают нерыночную экономику. А в Англии до сих пор при проведении вывоза у вас 50 % отнимут налоги. Важным решением было бы сокращение армии чиновников... Но когда я и несколько сенаторов от аграрного, от банковского сектора поднимаем эту тему в Минфине, там такая тишина наступает. Они сразу взгляд поднимают в потолок или на стены... Да, это жесткие решения. Но именно они спасают страну. А у нас предлагается увеличить банковские сделки на 1,5 % в платежном отчислении... И так никто не может взять у нас кредит. Осталось только повесить деньги в рамку...
— Что происходит с нефтью? С валютой?
— Ошибка наших экономистов-прогнозистов — как в истории про женскую логику: достичь результатов они хотят своим желанием. Сейчас я не вижу ни экономических, ни политических оснований для укрепления рубля. Девальвация может быть. Рубль, который не обеспечен внутренним производством, слаб. Ведь за всем стоит не цена на нефть, не отношение доллара к рублю, а именно собственное производство. Цифры, которые заложены в бюджете, нереальны. Уверен, что цена на нефть не вырастет так уж сильно: в сложившихся условиях экономики Европа и Америка сделают все, чтобы топливно-энергетические ресурсы не подорожали.
Прощаясь с журналистами, Сергей Федорович поблагодарил за понимание и возможность говорить «без купюр» и подметил: «Я в Кургане могу сказать то, чего не позволю себе в Москве. Когда возвращаюсь туда, со мной пол-правительства не разговаривают — на столах у них распечатки с ваших сайтов...»

Комментарии

Комментарии отстутствуют

Оставить комментарий

Имя
Текст сообщения (макс. 1000 символов)
Введите этот защитный код:
Введите этот защитный код
* Все комментарии пользователей проходят обязательную модерацию.
* Сообщения, содержащие оскорбления, обидные метафоры, предвзятые рассуждения в адрес героев публикаций, нарушающие элементарные правила этики и морали, а также законы РФ, публикации не подлежат.
ВИДЕО "Новости - 45"
ТОП новости
Гость на KURGAN.RU
Задайте вопрос Дмитрию ПожиленковуЗадайте вопрос Дмитрию Пожиленкову
Директору Департамента образования и науки Курганской области

Интервью с Игорем ТкачевымИнтервью с Игорем Ткачевым
Прокурором Курганской области

Все гости >>
Завтра отметит День рождения
Щербак Олег ФёдоровичЩербак Олег Фёдорович
Директор Курганского филиала ОАО «Теле-2»
Кто есть кто в Кургане?
Перминова Елена АлексеевнаПерминова Елена Алексеевна
Член Совета Федерации Федерального собрания РФ
Рейтинг@Mail.ru